«ХОЛОДНОСТЬ» ПРАВОСЛАВНЫХ и «ГОРЯЧНОСТЬ ДУХА» ХАРИЗМАТОВ. (Архимандрит Лазарь (Абашидзе))

...ВОТ СУЩНОСТЬ УЧЕНИЯ ПРАВОСЛАВНОГО!.. Не покоя искать, не скорого освобождения от всего скорбного и тягостного, даже не желать скорого очищения от всех своих страстей — а только того СОКРУШЕННОГО и СМИРЕННОГО сердца, которого Бог "не уничижит" и которое только и угодно Богу нашему, пред Святостью, Которого всё наше "чистое" как грязь и скверна, — само небо пред Ним не чисто. 

В каком противоречии с ЭТИМ ДУХОМ стоят многие современные религиозные учения и настроения, как распространено ныне искание духовных утешений, какого-то СЛАДОСТНОГО, беззаботного, беспечального состояния, как бы уже "РАЙСКОГО" блаженства, — только здесь, НА ЗЕМЛЕ, не пройдя путем очищения, омовения от своих греховных язв! 

Такие религиозные учения стараются закрыть глаза человеку на его болезни, создать у него иллюзию здоровья, приглашают его радоваться и наслаждаться ложным здравием и надуманными совершенствами своими, пребывать в коварном спокойствии о своей будущей судьбе, упиваться иллюзией счастья и гармонии, а на самом деле носить в себе семя величайшей скорби, зачаток ужасной муки, которая откроется тогда, когда вместе с этой жизнью будет отъята от такого обольщенного человека и та завеса лжи, которой прикрывалось истинное положение вещей. 

И как трезво, как утешительно наше православное верование! — Скорбеть и скорбеть здесь, на земле, от бесов, от людей, от своих немощей телесных и душевных, плакать, стенать — до конца этой земной бренной жизни, а все сладостное, утешительное — пусть будет там, в вечности! Ведь во временной, изменчивой жизни и не надежно иметь что-либо ценное. 

Не так смотрят на духовные болезни люди ОБОЛЬЩЁННЫЕ; те, кто образ покаяния не приял от святой нашей Церкви, от СВЯТЫХ ОТЦОВ, кто не доверяет православному учению, — они смело решают все трудности, у них все очень просто. 

Пришлось слышать одну беседу — ПЯТИДЕСЯТНИКА с православными христианами. Он укорял православных в холодности и нелюбви к Богу, в фарисействе. 

Признание праволавными себя духовно немощными, исполненными страстей он объяснял нерадением, нежеланием их полностью предаться действию "БЛАГОДАТИ", мол - причина в них самих, если бы они хотели, в ОДНУ МИНУТУ могли бы освободиться от всех страстей своих, для этого требуется только решимость и ОДНО СИЛЬНОЕ ПОКАЯННОЕ ДВИЖЕНИЕ ДУШИ — и вся греховность тут же испарится, как от огня, "благодать" тут же начисто освободит покаявшегося даже от всех наклонностей ко греху, такое покаяние тут же выжгло бы всякий грех из души и сразу наступило бы прозрение и просветление. 


Так что все дело только в выборе, в решимости и т. п. Сам он лично сразу же, при первом же ГОРЯЧЕМ "ПОКАЯННОМ" акте, ощутил это освобождение и получил "БЛАГОДАТЬ ДУХА", с тех пор он совершенно изменил свою жизнь, постоянно чувствует в себе необыкновенную любовь ко всем, решимость всегда жертвовать собою ради Бога, он озарен "светом" и необыкновенно счастлив. И действительно — он весь сиял, весь пылал каким-то внутренним жарким воодушевлением. Он поведал о дивных чудесах, которые с тех пор постоянно происходят с ним и с членами его семьи (они также все чудесно преобразились после "крещения" у пятидесятников). 

Все возражения православных, их предостережения против таких чудесностей, несколько попыток преподать учение о недоверии себе и о глубокой изъязвленности души человеческой — перед обольщенным явились только новым доказательством его правоты и еще раз убедили его, что православные из-за своего нерадения, маловерия и робости, привязанности к "безжизненным канонам", из-за "фарисейства" утратили всякое общение с Богом, на том он и остался. 

Надо заметить, что бодрость, оживление, горячность, кажущаяся святой ревность, самоотречение, готовность идти на любой подвиг и другие вырисовывающиеся снаружи черты таких людей внешне создают им пленяющее впечатление, для многих предпочтительное рядом с тяжко вздыхающим о себе, ничего в себе хорошего не чающим, а оттого и сдержанным, иногда даже как бы подавленным с виду смиренным христианином православным. 

А МИР ВСЕ БОЛЕЕ И БОЛЕЕ СКЛОНЯЕТСЯ СИМПАТИЕЙ К ТАКОГО РОДА ЛОЖНОМУ, ИСТЕРИЧНОМУ ХРИСТИАНСТВУ. 

Но мы не должны обращать внимания на его вкусы — чем более мы будем хранить ДУХ НАШЕЙ ВЕРЫ, тем более мы будем чужды этому миру, тем более будем ненавидимы им, презираемы, будем видеться ему нелепыми, немощными, даже безблагодатными. 

Если сегодня мир отчасти тянется к православным и любопытствует о их вере, то это не повод к тому, чтоб нам в угоду миру изображать какую-то таинственную напыщенность, ложную духовность. Бедная правда лучше выряженной лжи. 

Мы теперь бедны духовностью как никогда, нам более чем христианам других времен, подходят слова псалма: Спаси мя, Господи, яко оскуде преподобный, яко умалишася истины от сынов человеческих (пс. 11). 

Мы — нищие духом, и увидеть это ясно, осознать это, в смирении и покаянии понести это — пожалуй, единственное доступное и спасительное делание для нас в наши дни. Ясное осознание духа времени, нашего духовного положения, меры наших возможностей — сохранит нас от неправильных исканий, от напрасной растраты тех жалких сил, которые мы имеем; от банкротства дел наших, от несбыточных мечтательных предприятий и несоответствующих нашему состоянию подвигов. 

Нашему времени уже не свойственно обилие духовных яств, то великолепие и благоухание, которыми была исполнена и овеяна жизнь прежних христиан. 

Нам остались больше немощи и скорби. ”Мы в настоящее время пришли в такой период жизни человечества, когда спасаются исключительно только безропотным терпением скорбей, с верою в Бога и надеждою на Его милосердие. Другими путями теперь не умеет спасаться никто. Остается для нашего времени только один единственный путь: терпение скорбей... Без смирения человек не может без вреда для себя получить и какие-либо дарования Божий. Вот почему и предсказано, что в последние времена ввиду усилившейся гордости люди будут спасаться только терпением скорбей и болезней, а подвиги от них будут отняты”. Игумен Никон Воробьёв. 

”Скорби - особливо удел нашего времени, которому в удел не даны ни подвиги мученичества, ни подвиг монашества. Участок наш, христиан времени последнего, участок скорбей, по-видимому мелочных, ничтожных. Весы у Бога!.. Надо каяться, молиться и охраняться от прелести, потому что в настоящее время большая часть желающих благочестно жить и мнящих о себе, что они благочестно живут, разгорячены вещественным разгорячением и находятся в большем или меньшем самообольщении". Свт. Игнатий Брянчанинов. 

Поэтому в настоящее время наиболее спасительными для нас будут именно постоянная смиренная молитва и воздыхание об убожестве нашем, самое скромное и уничиженное воззрение на все свои труды и делания, самое снисходительное и милосердное отношение к близким, безропотное, благодарное приятие всего случающегося с нами, всецелое упование на милость Божию и ни в коем случае ненадеяние на свои добрые дела, не ожидание в себе чего-либо высокого. 

Яркий, живописный образ этому находит святой епископ Игнатий: изобилие духовных благ в среде древних христиан он сравнивает с роскошным обедом, который устроил Богатый Домовладыка Своим многочисленным друзьям и знакомым. На этой духовной трапезе предстояло безмерное количество духовных яств, по окончании трапезы гости были щедро одарены духовными дарами. 

Когда все разошлись, то Домовладыка, увидев толпу голодных нищих, приказал слугам не убирать со стола, но предложить все оставшееся убогим. 

Робко и в недоумении взошли они в обширную залу, стали употреблять все, что оставалось на столе и под столом, — упавшие крохи, никто из них не вкусил цельного блюда, не видел стройного служения прислуги, ни драгоценной посуды и утвари, не слышал хора певчих, музыки, так что никто из них даже не мог составить себе ясного, точного понятия о бывшем обеде. 

Насытив голод, они только приблизительно могли угадывать, какое было здесь прежде них великолепие. Но тем не менее они припали пред Домовладыкою, благодаря Его за пищу, которой до сих пор не едали никогда и не видели. Он сказал им: "Братия! При распоряжении Моем об обеде Я не имел в виду вас, поэтому Я не представил вам обеда в должном виде и не Даю вам подарков..." 

Нищие воскликнули в один голос: "Владыко! до подарков ли нам! до пышного ли обеда! несказанно благодарим за то, что Ты не возгнушался нами; нас, истерзанных всякого рода недостатками, впустил в Твой чертог, спас от голодной смерти!" 

Нищие разошлись, продолжая благодарить милосердного Домовладыку. Тогда Он сказал слугам: "Теперь уберите стол и заключите Мой чертог. Уже гостей не будет, — и что можно было предложить в пищу, предложено. Все кончено!". 

Нищие и убогие — это образ нашего состояния; крохи и пустые тарелки — духовный голод нашего времени; смиренное благодарение и признание себя недостойными никаких роскошных яств и даров — пример необходимого нам расположения души. 

Необходимо нам внимательно прислушаться к тем предчувствиям и предсказаниям свв. отцов, которые относятся к нашему времени, — времени, судя по всему, последнему. 

Это осознание духа нашего времени, с одной стороны, выведет нас из состояния самообольщения, откроет верный взгляд на наши силы и возможности, сделает скромнее наши требования к себе и к другим; с другой стороны, заставит взбодриться, быть бдительными и осторожными, не унывать, но и не возноситься мечтательно, отрываясь от реальности. 

Вслушаемся в скорбные, но полезные слова: "Закатывающееся солнце живо представляет собою состояние христианства наших времен. Светит то же солнце правды — Христос, Он испущает те же лучи; но они уже не проливают ни того сияния, ни той теплоты, как во времена, нам предшествовавшие. 

Это оттого, что лучи не падают прямо на нас, но текут к нам лишь в косвенном, скользящем направлении. Лучи Солнца Правды, Христа — Дух Святый: "Свет и податель Света человекам, Имже Отец познавается и Сын прославляется и от всех познавается. 

Ныне, когда умножились богатые науками, искусствами, всем вещественным, ныне оскуде преподобный (пс. 11). 

"Священное Писание свидетельствует, что христиане, подобно иудеям, начнут постепенно охладевать к откровенному учению Божию. Ныне всякий имеет более или менее свой образ мыслей, свою религию, свой путь, принятые произвольно или случайно, признаваемые правильными или только оправдываемые. 

"Мы должны глубоко понять, в какие времена мы живем, как на самом деле мы мало знаем и чувствуем наше православие, как мы далеки не только от святых древности, но даже от простых православных христиан, живших сто лет тому назад или даже одно поколение назад, и как сильно нам надо стремиться, чтобы сегодня просто выжить как православным христианам...". Иеромонах Серафим Роуз. 

СВЯТЫЕ ОТЦЫ очень часто говорили, что наше время особенно лукаво и трудно для спасения, что очень распространилось лицемерие; что истинное благочестие почти утрачено, что христиане большей частью ведут только наружно добродетельную жизнь, сердца же их удалены от Бога, порабощены земле, миру сему тленному; что притворство стало повсеместным, что никто уже не ищет Божиего, но каждый ищет себе угодного. 

Сейчас перед каждым верующим стоит нелегкая задача: отыскивать и отделять в этом хаосе лживых дел и слов человеческих, в этом смешении правды и лжи ту Истину, которая одна только может спасать и исцелять, — Истина эта рядом, она никогда не иссякнет, но множество лжеистин стараются заслонить ее, внушить, что они-то и есть та Истина, которая нам необходима. 

И вовне и внутри нас постоянно идет вражеская работа, враг усиливается подменить православную веру, ее дух на тонкую, изящную подделку, вынудить нас сделать только малый шаг в сторону от тесного пути, а там уж и совсем завести на путь отступничества. 

Особенно важно теперь научиться правильно понимать и прилагать к своей жизни писания СВЯТЫХ ОТЦОВ, УСВОИТЬ СЕБЕ ИХ ДУХ, так как это есть дух евангельский. Отцы жизнью своею, делом, словом, чувством исполнили евангельское учение, они ясно усвоили его и подробно изъяснили в своих книгах. 

Понять, тем более исполнить евангельские заповеди нам без этого отцовского опыта никак не возможно, мы непременно заблудимся уже в самом начале пути. И само слово СВЯТООТЕЧЕСКОЕ стало уже весьма трудно доходить до нас, МЫ ПЕРЕСТАЛИ ПОНИМАТЬ СВЯТЫХ ОТЦОВ. Их подвиги во многом нам уже непосильны; та непоколебимость веры, которая давала им силу совершать чудеса, — теперь уже не встречается; их простота, чистота ума и сердца — для нас кажутся непостижимыми; их отрешенность от мира, их беспопечительность, пренебрежение к телесному и устремленность к небесному — для нас уже почти невозможны. 

Но тем не менее ДУХ СВЯТЫХ ОТЦОВ, их внутреннее делание, главная направленность и цель их трудов остаются и для нас необходимыми. Мы не можем идти также бодро, как шли они, нести такие же тяготы, взбираться на те же высоты — но мы можем и должны держать то же направление пути, иметь те же цели, определять ценность и полезность чего-либо по тем же отцовским меркам, считать вредным и неполезным то, чего береглись и отцы. 

"Тайные недуги души"